Александр Гидиримски: Большинство людей думает, что служба скорой помощи – бесплатное приложение, но это неправда

  Каждый день в Молдове около 2400 человек вызывают скорую помощь. По последним данным, в прошлом году большая часть из этих вызов была не срочной. Александр Гидиримски, заместитель директора Национального центра догоспитальной скорой медицинской помощи, объяснил в интервью allmoldova, как работает молдавская скорая помощь, и когда ее нужно вызывать.

Господин Гидиримски, сколько времени учатся на врача скорой помощи, прежде чем прийти на работу?

В среднем человек учится на врача скорой помощи около 10-12 лет. Это специфическая работа по сравнению с остальными направлениями. Потому что вызвать на дом скорую помощь – это как вызвать на дом отделение реанимации. Врач должен быть подготовленным со всех точек зрения. Какую бы специальность он ни получил, он должен быть компетентным в хирургии, педиатрии, офтальмологии, отоларингологии, кардиологии и так далее. Многие студенты, представляя сложность этого направления, идут на другие более узкопрофильные специальности.

Вам не хватает людей?

Как и в любой области в нашей стране у нас есть нехватка кадров. Особенно людей с высшим образованием. Такая ситуация складывается везде, во всех странах. Именно поэтому сегодня мы делаем акцент на кадрах со средним образованием. В этом году у нас уже есть 60 студентов из медицинского колледжа, которые впервые проходят практику в нашем учреждении по специальной программе, вместе с врачами выезжая на вызовы. Это нововведение позволит студенту колледжа с самого начала понять – его ли эта профессия или нет. Раньше такой подход практиковался только тогда, когда медработник со средним образованием поступал к нам на работу. Мы обучали его за наш счет, вкладывали знания, тратили бюджетные деньги. А он выезжал на скорой в первый рабочий день, к примеру, на ДТП, видел все это вживую и больше не хотел там работать.

Сколько обходится один вызов скорой помощи государству?

В среднем выходит около 500-600 леев.

Один вызов?!

Что вы удивляетесь, это много?

Да, а разве нет?

Смотрите, в бригаду скорой помощи входит водитель, которому надо платить зарплату; медработники, которым тоже надо платить зарплату; плюс транспортное средство, которое надо обслуживать; плюс лекарства и оборудование, которые стоят денег. Вот вам и вся стоимость.

Проблема в том, что большинство людей думает, что скорая – это такое бесплатное приложение, но это неправда. Вы не платите за нее здесь и сейчас, но вы и ваш работодатель платите за нее каждый месяц, отчисляя обязательный взнос в фонд медицинского страхования.

Как вы относитесь к частным скорым?

Нормально, они наши коллеги. Национальный центр скорой медицинской помощи, который предоставляет ее бесплатно, – один. Но из-за того что у нас сейчас есть недостаток в транспортных средствах, в тех же врачах, мы были вынуждены контактировать с частными медицинскими службами. Они все наши коллеги, есть и те, кто работает и у нас, и на частные службы, в этом нет ничего плохого.

Мы все знаем о статистике, которая появилась в недавних новостях: про ложные вызовы, про незнания пациентов о том, когда надо вызывать неотложку. Давайте проясним – для чего работает скорая помощь?

Действия скорой помощи направлены на стабилизацию физиологических параметров пациента в случае экстренных или непредвиденных обстоятельств. Это четко и ясно прописано в положениях, которые регламентируют нашу работу. Экстренные и непредвиденные обстоятельства – это различные аварии, ДТП, внезапная потеря сознания, конвульсии, электротравмы, падение с высоты, судороги, повешение и утопление, острые нарушения дыхания, ожоги, отравление химическими или лекарственными веществами, пожар, сыпь с высокой температурой у детей, попытки суицида, обширные кровотечения, острые сердечные приступы.

Что насчет просто повышения температуры, надо ли вызывать скорую в этом случае?

У нас в регламенте не указано, при какой именно температуре нужна скорая, но в других странах четко написано, что неотложную помощь при температуре стоит вызывать, только если она не сбивается жаропонижающими средствами. Также стоит вызывать скорую, если температура сопровождается судорогами, или на фоне неё появилась рвота, диарея или сыпь. Но очень часто бывает так, что у людей просто нет жаропонижающих дома, или им неудобно дойти до семейного врача, который дал бы им их бесплатно, и зная, что скорая не откажет, люди вызывают ее при температуре, например, 37. В этот момент надо понимать, что где-то человек с сердечным приступом ждет такую же бригаду неотложной помощи, и ему она нужна быстрее. Понимаете, в чем проблема – мы никому не отказываем, мы просто не имеем право на это.

Почему?

Потому что под обычным на первый взгляд обмороком может скрываться тяжелая патология. Тот же инфаркт может начаться с простой боли в руке, плече или животе.

Мы крайне обеспокоены тем, что наши люди не знают самых простых симптомов патологий. Люди вовремя не обращаются к врачу или обращаются на запущенной стадии, когда 4-5 дней держится температура, или рвота и так далее. Когда, наконец, человек вызывает скорую, и ему предлагают отправиться в больницу, он отказывается, обещает, что завтра же пойдет к семейному врачу или сам решит проблему. Эти две крайности очень сильно мешают нашей работе. Люди либо вызывают скорую по пустякам, либо вызывают, когда уже совсем плохо, но госпитализироваться отказываются.

Я их понимаю, потому что в больнице тебя могут продержать 5 дней, давая лечение, которое можно принимать дома.

Да, но в больнице вам проведут обследование, которое не может провести скорая у вас дома, и там вам поставят точный диагноз, выпишут лечение, оформят больничный. В обязанности врача скорой помощи не входит выписывание лекарств, выдача справок о неработоспособности, выписка рецептов. Мы приезжаем, чтобы оказать первую помощь и довезти до больницы, если это понадобится.

Еще, например, нас часто вызывают, чтобы мы констатировали смерть. Но мы не занимаемся этим. Это не входит в наши обязанности. Да, если случилось ДТП, и мы едем на место происшествия, а человек в это время умер, мы можем констатировать смерть. Но если человек долго болел, например онкологией, и родные об этом знают, то после его смерти необходимо вызвать семейного врача, который подтвердит ее.

Недавно в Кишиневе один пациент вызывал скорую помощь 55 раз в течение трех месяцев. И каждый раз он хотел, чтобы к нему приезжала кардиологическая бригада.

Пенсионер, наверное?

Да. Мы устаем от таких вызовов, потому что они не оправданы. Поймите, лечение начинается с семейного врача, и точка. К тому же сейчас широкий выбор компенсируемых лекарств, только пейте их вовремя и проходите обследование. Хочу еще добавить, что уже в этом году минздрав планирует открытие Департаментов срочной медицины во всех больницах Молдовы. Такие департаменты уже есть в Кагуле, Бельцах, в Кишиневском Институте скорой помощи, в Центре матери и ребенка и третьей детской больнице. Каждый такой департамент разделен на залы по степени срочности. Если вы почувствовали внезапное ухудшение состояния здоровья, вы сможете прийти (или вас доставят на скорой) в такой пункт, пройти обследование, получить рекомендации по лечению и потом отправиться домой. Госпитализироваться не обязательно.

Очень логичная идея. А пока можете рассказать, как готовиться к приезду скорой помощи и надо ли готовиться вообще?

Когда вы только вызываете скорую помощь, очень важно правильно назвать адрес, по которому произошло ЧП. Часто на вопрос: «Где вы?» человек отвечает: «Возле колодца, у заправки и т.д.». Точный адрес – это очень важно, максимально ясно объясните, где вы, даже если не знаете улицы, спросите у прохожих, попробуйте разглядеть надписи на домах, вывески, указатели. Это очень важно, потому что человек может успеть назвать адрес и потерять сознание.

Второе: пациент должен четко и ясно объяснить симптомы, чтобы диспетчер определил, какую команду направить к человеку, и кодировал вызов. Все вызовы делятся по степени срочности на 3 группы, каждому присваивается красный, желтый или зеленый код. И если диспетчер причислит вызов к желтому коду, он поставит вызов в очередь, а приоритет будет отдан случаю с красным кодом.

Очень важно, чтобы была открыта дверь. Идеально, чтобы кто-то вышел встретить бригаду, потому что очень часто двери и лифты на магнитных замках, иногда надо подниматься на 9 этаж, лифт не работает и фельдшер несет кардиограф, дефибриллятор и чемодан с лекарствами сам.

Когда зашел врач, четко и спокойно объясните, что случилось. Многие жалуются, что им задают много вопросов, но как врачу понять диагноз по-другому? Помните, что у него нет результатов ваших анализов, УЗИ, рентгена. Он ставит диагноз со слов пациента и после осмотра.

Еще мы очень просим обеспечить врачу хоть какую-то зону для работы. Не нужно лезть с советами, лучше принесите стул, если он понадобится. Сейчас многие снимают на телефон, как работают врачи скорой помощи. Случается, врач приезжает к ребенку, его бабушка и дедушка включают скайп, и мама начинает комментировать и записывать происходящее, а потом все это выкладывается в социальные сети. Такие действия нас дискредитируют. Мы работаем согласно медицинским протоколам. Мы выполняем свою работу, и, поверьте, если фельдшеру понадобится совет, он позвонит врачу-координатору и проконсультируется.

Почему так много историй и жалоб на то, что скорая у нас очень долго едет на вызов?

Звонок поступает в диспетчерскую, именно она контролирует распределение вызовов бригадам. Каждая бригада отчитывается по окончанию визита к пациенту или доставке его в больницу. После этого сразу же получает следующий вызов. Именно диспетчер решает, кто и куда едет, а не бригада. На каждый район города предусмотрена одна подстанция, и если, к примеру, у подстанции на Ботанике нет свободной машины, а вызов срочный и он на Ботанике – его отдадут, к примеру, подстанции на Рышкановке.

Существует правило: в сельской местности на экстренный вызов (речь о красном коде) скорая должна приехать в течение 15 минут, в городе и в местах резиденции подстанций – за 10 минут. Но в час-пик в Кишиневе скорая физически не может уложиться в эти минуты и опаздывает на один срочный вызов, задерживается на втором, следом на третьем, вот и получается, что люди ждут скорой и по часу, и по два.

Я очень часто вижу, как машины не пропускают скорую помощь, как бы громко у нее ни выла серена. Вас это не возмущает? 

Конечно, это осложняет нашу работу, и периодически Генеральный патрульный инспекторат вместе с нами проводит рейды, когда едет пустая скорая помощь, а сзади полицейская машина. Это помогает на очень короткий промежуток времени. Я думаю, что было бы эффективнее увеличить штрафы за то, что водитель не пропускает скорую. Но пока мы можем только попросить уважать скорую с включенной сиреной и уступать ей дорогу. Помните, что в этой скорой может оказаться ваш родственник или ребенок.

В сельской местности хватает скорых и врачей-фельдшеров?

Да, у нас нет с этим проблем. Есть сложности с дорогами, которые в ужасном состоянии. Многие, кстати, удивляются, почему в селах в качестве скорых работают старые машины, уазики, например. Все просто – только такие машины выдерживают сельские дороги. Проблема в том, что во многих селах иногда на 2-3 села работает один семейный врач, который физически не успевает обойти всех пациентов, и служба скорой помощи в этом случае – единственная, кто может предоставить неотложную медицинскую помощь.

Сколько в сутки поступает вызовов на 903?

Около 2400 случаев по Молдове, в Кишиневе – около 700-800 вызовов. В периоды, когда возрастает заболеваемость ОРВИ, количество вызовов увеличиваются до 900 в сутки. В этом году мы укомплектовали каждую подстанцию 1 дополнительной бригадой. В 2017 мы планируем открыть еще одну подстанцию в Кишиневе. Сейчас, когда заболеваемость ОРВИ спадает, мы работаем в нормальном режиме.

Если, к примеру, врач приехал на вызов, и обнаружил на теле ребенка или женщины синяки, ссадины, он может позвонить в полицию?

Если мы приезжаем на вызов, и пациент подтверждает, что его избили или нанесли травмы, врач сразу звонит в полицию, это не обсуждается.

А если избили ребенка?

У ребенка есть родители, но они, конечно, никогда не признаются в таком. Бывают случаи, когда дети сами говорят врачу, что их ударили папа или мама. Тогда в протоколе пишут «со слов ребенка». Поймите, нас не вызывают, когда уже образовался синяк, нас вызывают когда сильная боль, кровотечение. В этом случае ребенка увозят в больницу и проводят экспертизу. Бывает, видно, что семья неблагополучная, что детей могут бить. Но мы не можем обратиться в полицию без аргументов, просто основываясь на своих догадках. Мы должны предоставить доказательства, чтобы полиция могла завести дело.

Ведь это очень тонкий момент. Если врач, приехав на вызов, по всем признакам понимает, что ребенка бьют, но он молчит об этом, или рядом находится отец-тиран, неужели врач ничего не предпримет?

Смотрите, в ситуации  рвоты и головных болей, есть вероятность сотрясения мозга. В этом случае у пациента могут спросить, падал ли он, и иногда дети признаются, что их побили. Мы сообщаем о выявленном случае социальному работнику и семейному врачу, дальше уже они разбираются сами.

Я знаю, что люди, употребляющие наркотики, в том числе подростки, боятся вызывать скорую, так как думают, что если у них констатируют наркотическое опьянение, тут же вызовут полицию. Это так?

Мы никогда не вызываем полицию, если речь идет о потребителе наркотиков. Если мы видим, что человеку нужна срочная медицинская помощь, мы ее оказываем и всегда везем его в больницу. Нас не интересует, откуда у него наркотики, как долго он их потребляет и так далее. Мы приехали оказать первую помощь.

С подростками сложно: они не сознаются в употреблении наркотика, потому что рядом в этот момент могут находиться родители. В таком случае мы ставим предварительный диагноз – отравление неизвестными веществами. Мы предоставляем медицинскую помощь вне зависимости от социального статуса, политических или религиозных убеждений, есть у человек полис или нет, гражданин ли он Молдовы или иностранец.

То есть полис иметь необязательно?

Нет, мы не просим никакого полиса. Когда-то у нас была такая графа в анкете, которую фельдшер заполнял на каждый случай, сейчас мы ее вычеркнули.

Бывают случаи, когда человек умирает в карете скорой помощи?

К сожалению, да. Каждый такой случай тщательно расследуется, проводят судмедэкспертизу: что сделал и не сделал врач, каковы были обстоятельства смерти, фельдшера могут вызвать в суд, его допрашивают, анализируют, по какой причине произошла смерть – из-за того что бригада приехала поздно, или из-за того, что человек поздно обратился к врачу. Смерть пациента – это всегда тяжело для врача и очень проблематично.

Еще проблематично для нас постоянно выезжать к пациентам-гипертоникам, которые при малейших скачках давления боятся, чтобы их не парализовало во время сердечного приступа. Но статистика показывает, что большинство случаев острого нарушения мозгового кровообращения появляется не на фоне повышенного давления, а на фоне аритмий. Человек сам не может поставить себе такой диагноз, а чтобы узнать его, надо регулярно посещать врача, проходить ежегодную диспансеризацию и принимать назначенное лечение ровно столько, сколько прописал врач.

Что еще?

Вести здоровый образ жизни. И это не только правильное питание. Это и чередование отдыха и работы, и стабильное психоэмоциональное состояние, регулярный спорт и, как я уже сказал, ежегодная диспансеризация. Если не хотите ложиться в больницу  – хотя бы сделайте раз в году анализ крови, УЗИ, кардиограмму, флюорографию, соблюдайте календарь прививок. Если у вас появились какие-то симптомы, сходите к врачу, не тяните до острого состояния, лучше проверьтесь лишний раз. И будьте вежливыми с медперсоналом, чем уважительнее вы будете относиться к ним, тем эффективнее и быстрее вам окажут первую помощь.

Лена Держанская

Sursa: AllMoldova.com